Вообще-то, все это, конечно, было уже не ново - попытаться словами описать чувство мужчины и женщины...
Она задумалась. Начинать таким предложением сочинение по литературе было действительно нестандартно и... как-то невежливо, что ли. Но с тоской глянув в сторону книги, где золотыми буквами было выведено "Марина Цветаева", oна продолжила:
Безусловно, поэтессе удалось внести новаторскую струю в то, что называется любовной лирикой, и ее стихи полны глубокого трагизма, искренней страстности и боли, и впервые героиня подобных произведений действительно деятельный персонаж, но...
Сказать, что ей не нравилась суматошная корявость строк Цветаевой, было бы не правдой... Или не поностью отражало бы истину.
Да, это прекрасно,- она кивала головой своим мыслям,- я этого ни в коем случае не отрицаю, но... но я же понимаю любовь совершенно не так!
Снова яростно схватившись за ручку, он дописала:
...но нельзя не заметить полного слияния Цветаевой со своим образом. Отсюда становится понятной та кажущаяся противоречивость в настроении двух из самых лучших ее стихотворений - "Я тебя отвоюю" и "Мой милый, что тебе я сделала?", за внешним различием мы видим напряженную полемику, бурный внутренний диалог, полный глубинных страстей самой поэтессы.
Если учительница мне поверит, то она - полная дура,- кисло улыбнулась девчонка с двумя тоненькими русыми косичками, сидевшая на первой парте и катавшая по столу карандаш вот уже 15 минут, в течение которых ее одноклассники торопливо писали заранее подготовленные строчки о великом поэтическом даре Цветаевой и его роли в русской литературе. Сама она едва ли написала пару предложений - лист перед ней был практически чистым.
Любовная лирика Цветаевой, ха! - размышляла она дальше, постукивая пальцами по книге.- Лирика, тоже мне! Нет, это... это действительно неудачная попытка облечь свои мысли стихами. Как если бы я сейчас попыталась... Вот, например:
Не любить, не страдать, не жалеть,
А потом вдруг однажды прозреть-
Броситься на того,
кто обещан,
Кем - не ведая, не зная,
для чего...
Ну чем я хуже Цветаевой?
Потом она задумалась, глядя на написанное четверостишие.
Броситься НА того - это я, пожалуй, загнула,- наконец решила она.- Броситься К тому будет, конечно, полезней, понятней... приличней, наконец!
Она хихикнула, но потом поняла, что неизвестно зачем написала 4 придуманные строчки под вымученными дифирамбами Цветаевой, досадливо вздохнула, перевернула лист, твердо решив выдрать его, и написала:
Любовная лирика Цветаевой
И тут полилось... Ей больше не пришлось придумывать.
Для лирики Цветаевой характерен особый, неповторимый отзвук случайно схваченных мыслей, фраз, которые никак не хотят ложиться на бумагу ровно... Дело даже не в содержании - машинально отмечая прозвучавшую новой нотой деятельность героини, ее пыл и страстность, люди все-таки захватываются бешенным ритмом эмоций, прихотливым ходом чужих страстей, они словно оказываются в центре спора еще более жаркого, чем знаменитый "Быть или не быть", они поддаются гипнотизирующему влиянию тире, запятых, внезапным разрывам строчек и слов, путанному, бессвязному изложению. Стихотворения Цветаевой ни на йоту не приблизили нас к пониманию любви истинной святой, единственной и неповторимой, но огонь сиюминутных чувств ей удалось выразить как никому прежде.
Бешенный натиск, яростный напор, потом - дикая радость счастливого победителя и полное обиды "мой милый, что тебе я сделала"- все это открывает перед нами духовный мир поэтессы, безусловно, полный и высоких чувств, но объятый таким пожаром любовной чувствености и сверхъестественного, божественного безумия усилий, что все прочее становится менее заметным... Это ясно уже потому, что любовная лирика у Цветаевой полностью преобладает над какой-либо другой...
Прозвенел звонок.
Это было мое лучшее сoчинение,- подумала она.- Как жаль, что учительница его не увидит!
Она сунула тетрадь в портфель и по пути домой кинула в мусорный бак.